Так случилось, что после  смерти последнего князя Кобринского Ивана Семеновича в княжестве остались три женщины – его мать Ульяна, его сестра Анна и его жена Феодора.

 

Рассказывать отдельно о каждой женщине можно, но это будет, наверное, не полный портрет заката эпохи князей Кобринских. Ведь свекровь, невестка  и золовка и в обычной семье непросто уживаются, а тут правители земли Кобринской…

 

Началом Кобринского княжества, да и династии князей Кобринским можно считать 1366 год, когда в договоре с польским королем Казимиром  великий князь литовский Ольгерд указал, что Кобрин и Кобринская земля принадлежат только ему. Затем  город перешёл к сыну великого князя Фёдору. В 1386 году Фёдор также получил во владение Ратно и Ветлы, отобранные его братом великим князем литовским Ягайлом у Фёдора Любартовича (возможно, получил Ратно ещё от Любарта).

 

У Фёдора Ольгердовича было трое сыновей: Гурко, Сангушко и Роман — среди них и были поделены владения отца. Роман впервые упоминается в 1387 году как поручитель за Олехну Дмитриевича. После восшествия Ягайла на польский престол Роман, как и многие другие литовские князья жил при королевском дворе. В 1393 году возглавил новгородцев в походе на Москву, в 1394 году — под Псков. В 1404 году право Романа на наследственное владение Кобрином, Грушевом, Несухожем и Милановичами было подтверждено его двоюродным братом великим князем литовским Витовтом. С 1411 года находился при польском королевском дворе Ягайлы, последний раз упоминается под 1417 годом.

 

Известно двое детей Романа: сын Семён и дочь Анастасия. 

 

После смерти Романа следующим князем Кобринским стал Семён. В это время в Великом княжестве Литовском началась гражданская война между сторонниками Свидригайло и Ягайло. Когда в 1431 году Ягайло атаковал Луцк, Семён был первым, кто оказал помощь Свидригайло. Польский хронист Ян Длугош писал, что войско Семёна было разбито королевским воеводой Грицько Кирдиевичем, а сам Семён был убит. Имя Семёна Кобринского встречается и в документах более позднего времени, что опровергает сообщение Длугоша о его смерти на поле боя. 

 

Известно два акта, исходящих от самого Семёна. Согласно первому, деревня Пришихвосты передавалась в дар боярину Даниле. А во втором документе (датированном 1454 годом) впервые упоминается его жена княгиня Ульяна. В этом акте Семён назначал своей жене вено в 2 000 коп грошей на своих вотчинных землях Кобрине, Черевачицах и Грушеве. 

 

За поддержку Свидригайло Семён был лишён Ратно и, по мнению некоторых исследователей, Бородичской волости. Дата смерти Семёна неизвестна (точно позже 1455 года), предположительно, 1460 год. Согласно записи в Киево-Печерском помяннике, можно предположить, что в крещении Семён имел имя Иван. 

 

Ульяна надолго пережила мужа и скончалась около 1500 года.

 

У Семёна и Ульяны было четверо детей: Мария, выданная замуж за князя друцкого Ивана Васильевича Красного, Роман, умерший в молодом возрасте, Иван и Анна.

 

Княгиня Ульяна была дочерью Семена Гольшанского по прозвищу Лютый, который при великом князе литовском Витовте занимал должность наместника в Новгороде. Более того, она была племянницей третьей жены Витовта, Ульяны Ивановны Гольшанской, и двоюродной сестрой четвертой жены Ягайло, Софьи Андреевны Гольшанской. Из прозвища ее отца - Лютый и сведений о темпераментности королевы Софьи Гольшанской можно предположить, что и Ульяна тоже была сильной и властной женщиной. Пережив все взлеты и падения своего мужа и оставшись одна, Ульяна первое время управляла княжеством со своими сыновьями. Известна грамота от 9 февраля 1463 года и 19 февраля 1465 года о передаче Ульяной и её детьми Иваном и Романом церкви святых Петра и Павла Иуде Богдану. Возможно, князь Иван был еще молод.

 

Но уже в 1469 году Иван сам записал своему слуге Сеньку Серговичу, владевшему церковью святого Николая, половину «Таротопского дворища». 

 

В XV в. Кобринское княжество имело два центра - Кобрин и Грушево, в которых правили от имени князя воеводы или заместители. Все кобринские князья правили княжеством не только «памыслившы» со своей женой или сыном, но и «пагадавшы» со своими боярами и «нашей верной радой». В некоторых грамотах говорится, что при их составлении были «хорошие люди, бояре наши Кобринские и Грушевские, дворяне и мещане». Все они имели статус думцев, рядных господ (советников). Кобринские властители правили самостоятельно в пределах своего княжества, не подчинялись великокняжеским урядникам и не подпадали под их юрисдикцию.

 

Иван Семёнович не принимал участия в политической жизни Великого княжества Литовского и известен широкой поддержкой православных церквей. Можно предположить, что и характер у него был мягкий и податливый. Мы уже не узнаем, как княгиня-мать ушла на второй план, но скорее всего после свадьбы своего сына. 

 

В 1473 году Иван уже вместе с женой Фёодорой, дочерью Ивана Рогатинского, основали церковь Рождества Господнего в Добучине (ныне Пружаны). В 1479 году Иван с женой подтвердили право священника Якуба управлять церковью Богородицы в Кобрине. В 1484 году Иван судился с князем Семёном Ивановичем Бельским за владения деда Феодоры Андрея Владимировича Айну, Могильно, Словенск, Лешницу и Полонну. По решению суда эти владения были переданы Феодоре. Иван Семёнович переписал на свою жену Феодору третью часть своего имущества, а после добавил ещё земель на 2 000 дукатов. В тот же день Феодора переписала на мужа 2 000 злотых с двух частей владений, полученных от её деда. 

 

По грамоте, датированной 26 января (или 27 января) 1487 года, Иван даровал земли церкви в Добучине.

 

Скончался Иван Кобринский около 1490 года. Детей не имел. Выполняя предсмертную волю мужа, 10 июня 1491 года Федора переписала имение Корчицы Спасскому Монастырю в Кобрине. Феодора получила от великого князя Александра подтверждение на право владения третью княжества. В 1491 или 1492 году вдова была выдана великим князем замуж за Юрия Паца.

 

Ульяна намного пережила и своего сына Ивана. После смерти сына и повторного брака его вдовы, видя, что жизнь старшей дочери Марии Семеновны обеспечена, Ульяна записала на вторую дочь Анну свои 1 000 коп грошей с Грушево и Черевачиц. Но в скором времени она разгневалась на Анну за ее повторный брак с Вацлавом Костевичем и хотела ту запись аннулировать. Великий князь Литовский Александр постановил, чтобы Грушево и Черевачицы были разделены на 3 части, две из которых принадлежали княгине Ульяне, а третья - пани Анне. 

 

Со своих владений Ульяна с «дочкой своей Анной» в 1499 году отписала своему слуге «Ескови Данилови Кердавичови» владения в Городце «дворище Киршовское», при этом были бояре Грушевские Петр Ивашко Верещака, брат его Сенько и Онисько Яцкович. «А про липшую справедливость и печать есьми сына своего к сему листу нашему приложили».

Сохранилось и пожалование Анны тому же слуге «Еску Данилову сыну Кирдевичу» третьей части дворища Стояковского, которое датируется некоторыми той же датой, что  и грамота Ульяны.

 

Написаны обе грамоты в Городце. Отчего мы можем предположить, что Ульяна с дочерью жили в Городце и Грушево, а Феодора в замке в Кобрине. Консолидация кобринской знати вокруг двух центров сказывалась и через полвека. Это привело к вообще единственному для Беларуси случаю, когда при наделении Магдебурским правом в 1589 году Кобрин и Городец  имели один общий магистрат, применяли печати с общим сюжетом. 

Княгиня Ульяна Семеновна Кобринская умерла около 1500 г., после чего Александр присудил Грушево и Черевачицы Анне Семеновне. 

 

Покажется странным, но видимо Ульяна обеспечивала относительно не конфликтную жизнь трех женщин, потому что после ее смерти Феодора судилась с Анной за право владения княжеством. 

 

В 1505 или 1506 году Юрий Пац умер, вновь сделав Федору вдовой. 

 

По неизвестным причинам в 1507 или 1508 году Феодора перекрестилась в католичество под именем Софья, а в следующем году вступила в брак с воеводой виленским и канцлером литовским Николаем Радзивиллом. Пережив трёх мужей, Феодора-Софья умерла в 1512 году бездетной. Завещала похоронить себя в костёле в Рожанке.

Последней правительницей Кобринского княжества была дочь Семёна Романовича Анна. Средневековые документы указывают, что это был государственный проект по объединению угасающей династии Кобринских с Бельскими. В 1481 году на её свадьбе с князем Фёдором Ивановичем Бельским было задумано  покушение на великого князя литовского Казимира. Это он вместе с Иваном Гольшанским и Михаилом Слуцким решили поднять восстание против своего сюзерена. Они собирались отделить часть Великого княжества Литовского, которую населяли православные белорусы, и присоединить ее к Московскому княжеству. После неудачного покушения Бельский был вынужден бежать в Москву. План был продуман до мелочей. Приглашен на свадьбу представителей таких двух уважаемых семей, великий князь литовский Казимир просто не мог не приехать во дворец Кобринских. А там во время свадебного гулянья, возможно, за свадебным столом или на охоте, с ним произойдет несчастный случай... Неизвестно, любил свою будущую жену Федор Бельский. Если любил, то очень трудно понять, как согласился он на такое жестокое для нее испытание. 

 

Произошла измена. Великому князю литовскому кто-то выдал имена заговорщиков. Утром молодому мужу пришлось бежать, спасая собственную жизнь от гнева Казимира. Иван Гольшанский и Михаил Слуцкий были схвачены сразу же. Федору Бельскому удалось скрыться. Он направился в гостеприимную для православных белорусов Москву. Беглеца принял и приласкал великий князь московский Иван III. Он подарил Бельскому города Демен и Морев.

 

Скоро к князю Федора дошла весть об ужасной расправе Казимира над его друзьями: известным магнатам княжества отрубили головы. Теперь уже пути назад у Бельского не было. Но в Литве осталась молодая жена князя. Беглец не смог взять ее с собой. И теперь Анну Кобринскую в качестве заложницы держал Казимир. Великий князь литовский надеялся, что его личный враг обязательно вернется за красоткой-женой. Федор же обживался в Москве. 

 

Мы можем предположить, как сильно неудачная свадьба изменила Анну. До этого княгиня была завидной невестой наследницей целого княжества, а после стала женой государственного преступника, с которым была обвенчана, но не прожила и дня. Все мечты и планы молодой девушки о семье, детишках были разрушены. Однако 17 лет супруги, по крайней мере, пытались воссоединиться. Анна не смогла добиться разрешения выехать к мужу, хотя её выезда добивался и сам великий князь московский Иван Васильевич. Бельский делает попытку вернуться на родину. Но его схватили и наказали, сослали в далекий Галич. Однако, через некоторое время Иван III приказал вернуть князя в Москву.

 

Все это сложное время Федор не мог забыть свою жену. Он вспоминал встречи с ней, венчальную службу в храме, брачную ночь ... Свидетельством этого является тот факт, что вопрос о том, чтобы Анну отпустили из Литвы, постоянно обсуждается и литовским двором, и московским, и обязательно присутствует в корреспонденции, которую присылали друг другу оба монарха. 

Федор долго надеялся. Ждала Казимирового прощения и Анна. Не раз великий князь литовский предлагал: «Приезжай и забирай!» Но все понимали, что это невозможно. Ведь князя Бельского ждало то же, что и его соратников, - плаха. Постепенно он потерял надежду. Последний раз имя Анны встречается в грамоте, которую прислали из Москвы великому князю литовскому, уже не Казимиру, а Александру, в 1495 г. Но, ответ Бельскому из Литвы был прежним. Федор начал задумываться над необходимостью продолжения рода. Он решил, в конце концов, жениться. Свадьба состоялась в 1498 г. в Рязани. Женой Бельского стала княжна Рязанская, тоже кстати Анна, племянница великого князя Ивана III. Она очень быстро подарила ему трех сыновей - Дмитрия, Ивана и Семена. Князь Федор оценил доверие московского хозяина. Он отблагодарил Ивана III своей преданностью. В следующем году воевода Бельский в качестве начальника большого конного полка посылается на помощь казанскому царю. В 1502 г. участвует в войне против Великого княжества Литовского. В 1506 г. вместе с другими воеводами Ивана III ведет войска на Казань. Это последнее упоминание о князе Федоре в хрониках. Скорее всего сразу после казанского похода он умер.

 

Бельский боролся за Анну семнадцать лет, почти треть своей жизни, но в итоге сдался... А что же Анна? За каждым ее движением следили сначала люди Казимира, потом - Александра. Анне предложили выбрать себе другого мужа. После свадьбы Фёдора Анна Семёновна, в свою очередь, вышла замуж за Вацлава Станиславовича Костевича, но детей у последней Кобринской княгини уже не было. Ее мать Ульяна не оценила выбор дочери и разгневалась на нее. Что не устроило княгиню-мать в браке дочери не известно. Возможно, Ульяна, пережив мужа на четыре десятилетия, не считала приемлемыми повторные браки, а может быть Костевича не считала ровне своей дочери княгини Кобринской.

 

После смерти Федоры Анне с Костевичем удалось отсудить полные права на Кобринское княжество и они переехали жить в Кобрин.

 

Шесть лет Анна Семеновна и Вацлав Костевич были единоличными правителями Кобринской земли. К сожалению никаких грамот за этот период не сохранилось, поэтому мы не можем судить какими князьями они были.

 

Княгиня Анна Семёновна записана в Киево-Печерском и Холмском помянниках. В последнем как Агата Схимница, что позволило некоторым исследователям предположить, что она закончила жизнь в монастыре.

 

После смерти Анны (около 1518 года) великий князь литовский Сигизмунд передал Кобрин Костевичу на правах аренды. 

Кобрин с прилегающими землями становился староством, административно подчинённым великому князю, от имени которого и правил Костевич.

 

Так и закончился век Кобринского княжества и князей Кобринских. Одна за другой ушли и три княгини одного княжества.

 

 

Юрий Борисюк, опубликовано в газете Кобрин-Информ в 2013 году

 

 

 

 

 

Князь Роман -  художник  Василий Демидович

 

 

 

Княгиня Феодора художник  Андрей Николайчук

 

 

 

 

 

Княгиня Анна художник Наталья Скарга

 

 

 

 

 

Князь Семен художник Виталий Лавренюк

 

 

 

 

 

Кобринское княжество на карте 17 века

 

 

 

 

 

 

Печать Романа Фёдоровича 1387

 

 

 

 

 

 

 

Заседание городского суда с гравюры 16 века